новые издания / Содержание
главная страница

 

Н. САМАДАШВИЛИ

 

НИКО САМАДАШВИЛИ

 

Свистишь во мне ты так, как в клетке птица,

Ты утешение моё, одно на целом свете,

Я помню хорошо, когда ты появился,

Свирепым псом выл на пороге ветер.

 

Я, балагур, не смог тебя взлелеять,

Тебе другой бы нужен был был служитель,

Пространство мира становилось злее,

И людям крики Солнца стали сниться.

 

Соседи стрекотом ночным тебя прозали,

А век вонзал в тебя невидимые стрелы.

И людям чудились болезнью странной

Стихи, как сыпь распухшие на теле.

 

В моём древесном теле трепет, дрожь и холод

Все с хрустом переламывают кости,

Вином сраженный и судьбою перемолотый,

Целую я тебя – божественного гостя.

 

И до тех пор, пока ошпаренные губы

Не согревали чувств потухший кратер,

Сосал ты алучи раскрывшиеся груди,

И колыбель твою качала Божья Матерь.

 

Писать стихи твоею мукой стало,

Уж лучше бы пошёл работать в поле,

Ком и что юродство это дало,   

Отдал бы ветру их – взамен ты взял бы волю.

 

И даже ветры б больше прочитали,

И закатились бы весёлым смехом;

Ночь слёзы у тебя мои отняли,

День твой раздавлен был слезами Века.

 

Хотел я защитить тебя, мой сокол,

Но вот колени подгибались от бссилья,

Раскалывалась  голова моя, как колокол,

От звона вечного невыносимой силы.

 

Не смог я выходить тебя, что тут поделать?!

C тобой мы как кустов бессмысленные тени:

Но ты ещё быть может выпрямишься смело,

А я мечтать уж ни о чём не смею.

 

                                                                                          

                                                                                            Перевод с грузинского 

                                                                                   Н.Барнабишвили

 

новые издания / Содержание
главная страница